Музей дирижаблей в Фридрихсхафене.

Музей дирижаблей в Фридрихсхафене
Музей дирижаблей
Весна в 1937 году была ранняя. Отдохнувшее за зиму солнце, вступив в свои права, щедро перебирало тёплыми, ласковыми лучами трепещующие на ветру белокурые вихры мальчика лет семи. Закинув голову вверх, он пристально вглядывался в небо, боясь пропустить ответственный момент, ради которого они с матерью сюда и пришли.
– Мам, мам! Скоро уже? В какую сторону смотреть? Где он? Ещё не прилетел? – в сотый раз задавал маленький Фридрих одни и те же вопросы молодой женщине, Марте, державшей его за руку и точно так же нетерпеливо время от времени поглядывающей в небо.
– Скоро, малыш. Не бойся, ты обязательно всё увидишь.
В миг потемнело. Словно некий исполин ладонью закрыл Землю от солнечных лучей. Черная тень набежала на огромное поле и толпа изнемогающих в ожидании зрителей взорвалась приветственными криками:
– Летит! Чудо! Смотрите, это он!
Закрыв собой половину неба, на посадочную площадку надвинулся колосс. Вы видели океанский круизный лайнер? Конечно, кто его не видел, живя на берегу Атлантического океана! Только вот не водную гладь он почтил сегодня своим великолепием, а совсем иную сферу – воздушную. Что подняло этого гиганта в воздух? Какие необыкновенные мастера создали его?
– Смотрите, он уже совсем близко! Сейчас причалит! – раздалось в толпе.
– Ну вот, Фридрих, мы всё увидели. Сейчас начнется высадка пассажиров. – погладив мальчика по светлой головке, с любовью произнесла Марта, – Ещё чуть-чуть, и мы…
В этот момент, на посадочную площадку внезапно будто вернулось прикрытое было корпусом “Гинденбурга” солнце, да не одно, а пригласив с собой ещё тысячу своих подружек. Яркая вспышка блеснула в хвостовой части дирижабля и мгновенно охватила ревущим яростным пламенем весь громадный корпус воздушного корабля. Выгоревшая в доли секунды обшивка оголила внутренний металлический каркас. Корпус, не выдержав высокой температуры, начал складываться, как карточный домик. “Гинденбург”, самый крупный из семьи “цеппелинов”, краса и гордость воздушного флота Германии, рухнул вниз беспомощной грудой полыхающих обломков.
Папка-а-а! – детский крик был исполнен такой муки, тоски и отчаяния, что на миг перекрыл собой, отчаянно зашумевшую толпу зевак…

Гибель Гинденбурга

***
Прошло более шести десятилетий. Трагическая гибель “Гинденбурга” ушла в историю, унеся с собой всю отрасль пассажирского и грузового воздухоплавания с использованием дирижаблей. Кто знает, не произойди тогда, в 1937-м, этой нелепой случайности, а может быть и диверсии, какого уровня достигло бы сейчас человечество в покорении пятого, воздушного, океана. Кто знает, может быть парили бы в воздухе летающие города, отсутствовал дефицит территорий – две трети земли покрыты водой, строй над морями и океанами, добавь сюда возможность многоярусной застройки на километры вверх. Фантазирую? Да, к сожалению, это только фантазии.

Историю не изменишь, над Фридрихсхафеном летают только младшие братья “Гинденбурга” – в 3 раза меньшие по длине экскурсионные “цеппелины”. Сделанные по новейшим технологиям, использующие для заполнения внутренней сферы вместо опасного водорода негорючий гелий. Эра воздушных гигантов ушла в прошлое и возможно никогда уже не возродится.

Приехав в Фридрихсхафен, невозможно обойти стороной тему дирижаблей, графа Цеппелина, гиганта “Гинденбурга”. На каждом шагу сувениры в форме дирижаблей, разнообразные указатели, названия улиц, магазинов и развлекательных заведений, напоминающие, что дирижабли когда-то были, величественно парили в небе, и здесь, в Фридрихсхафене – их родина.

Поэтому, проникнувшись идеей, настроившись на сентиментальный лад (ведь дирижабли “ушли”, вымерли как и такие же гигантские, но не сумевшие выстоять в битве с эволюцией, динозавры), отдыхая в Фридрихсхафене, посетите музей дирижаблей. Он расположен прямо на набережной:
Zeppelin Museum Friedrichshafen, Seestrasse 22, D-88045 Friedrichshafen

Взятый на входе в музей рекламный буклет гласит: “33-х метровая реконструкция одной из частей легендарного цеппелина LZ 129 “Гинденбург”, представленная в оригинальном виде, составит ключевой момент приключенческого путешествия во времени”.
И они правы, практически сразу, проскочив небольшой павильончик с моделями бипланов, вы видите – настоящий ZEPPELIN. Но не тот, летающий, а король других, вполне земных дорог – его величество Maybach DS8 Zeppelin.


Впечатляет, не правда ли? Продолжу цитату из буклета:
“Поднявшись по трапу,

вы попадете на борт и сможете пройти по оригинально оснащенным пассажирским помещениям.

Вы ощутите иллюзию полета на цеппелине и далее ознакомитесь с историей и техникой передвижения на дирижаблях.”

А ведь могло всё быть по-другому. Кто знает? Но ведь могло?

***
– Спасибо, капитан, за потрясающую демонстрацию, – поблагодарил капитана 2-й помощник Вальтер Шульц, – Эти 10 минут надолго останутся в памяти американцев. Пусть мы вышли слегка из расписания. Не каждый день в Америку прилетает “Гинденбург”.
– На то и расчитано, Вальтер. Публика должна видеть мощь и надежность цеппелинов. – прокомментировал капитан Макс Прусс.
– Куда ты, дружище? Уже идём на посадку. – спросил Вальтера первый помощник капитана, Зигмунд Клозе, знающий его маленькую слабость.
– Пройдусь к корме. Не спокойно мне что-то. – ответил Вальтер и, рванув у шеи воротник белоснежной сорочки, поспешно покинул рубку.
– Нервничает. Молодёжь, одно слово, – безразлично прокомментировал, сидящий в соседнем кресле первый пилот, опытнейший Альфред Бремер.

Мрачное предчувствие терзало Вальтера с момента взлёта. Что-то было не так. Что-то совсем близкое, но постоянно ускользающее, не позволяющее осмыслить, ухватить, постоянно крутилось в мозгу и било в виски: “Это неправильный полёт. Всё идет не так, не туда. Ты должен что-то сделать.”. Это чувство буквально вырвало его из рубки в самые любимые для наблюдения минуты – снижение, заход на посадку, швартовка. Не важно, что подумал капитан. Не важно, о чем там судачили сейчас коллеги и как оценили его демарш. Важно то, что неясные намеки наконец закончились, нечто необычное стальной хваткой ухватило Вальтера и потащило к корме с такой силой, что он едва успевал переставлять ноги. Будто не сам он бежал всё скорее и скорее, чувствуя, что время “Гиндебурга” почти вышло.
Вот оно. Ради этого Вальтер сейчас здесь, кто или что бы его сюда ни привело.
– Что ты делал в четвертом отсеке, Эрик? – крикнул Вальтер в спину корабельному технику, стремительно удаляющемуся по узкому техническому коридору от двери в отсек 4, в котором размещаются резервные баллоны с водородом. По инструкции отсек 4 был опечатан весь полёт, и вскрывался в случае нештатной ситуации строго по приказу капитана.
Младший техник Шпель, вздрогнул, втянул голову в плечи и, перейдя на бег рванул в кормовой отсек, прямо к двигателям.
– Шпель! Стоять! Стреляю! – доставая из кобуры личное оружие, на бегу предупредил, уже бывшего коллегу Вальтер.
Применять огнестрельное оружие внутри заполненного водородом дирижабля – тот ещё способ самоубийства. Но откуда младшему технику знать, может Вальтер – камикадзе. Зачем-то ведь старшему командному составу выдают личное оружие. Наверное для того, чтобы иногда оно стреляло.
Техник Шпель, попытался прибавить ходу, но запутался в ногах и упал. Когда Вальтер вдавил ему в спину колено и воткнул за ухо дуло тезки-“вальтера”, на Шпеля было жалко смотреть, так нещадно его трясло.
– Что? Ты? Натворил? – с каждым словом сильнее вжимая в шею Шпеля дуло пистолета, через хрип с трудом выдавил из себя Вальтер.
– Мы уже 10 минут должны быть на земле! “Гинденбург” никогда не выходил из графика! 4-й отсек. Бомба. Часовой механизм. Я не знаю, как отключить!- заскулил испуганный до предела Шпель. По его форменным брюкам стало растекаться темное пятно.
Вальтер нанес Шпелю резкий удар стальной ребристой рукоятью в область затылка и, отпустив обмякшее тело, бросился в дверь 4-го отсека.
Найти бомбу труда не составило. Зная, что в 4-ый отсек никто не заходит, Шпель даже не старался её спрятать или замаскировать. С виду беспорядочное нагромождение перепутанных проводов представляло собой примитивный ударный механизм, приводимый в действие механическими часами. Аккуратно снять стекло, отвести стрелки на два часа назад, и уже после посадки, спецслужбы разберутся, кто, что и для чего здесь заминировал.
Как только Вальтер сделал это, напряжение трех последних дней покинуло его.
– Ты решил свою задачу парень. Ты справился.
Показалось? Или правда, кто-то шепнул в ухо, что-то на счет того, что он, Вальтер, справился? Неважно. Теперь нужно связать и запереть Шпеля, выставить охрану у 4-го отсека, доложить капитану, обеспечить ускоренную эвакуацию пассажиров. Всё хорошо. И пусть у Вальтера почти не осталось сил, где-то там, внизу, его ждут любящие жена и сын.

Папка-а-а! – счастливый детский крик поднятого вверх сильными мужскими руками ребёнка на миг перекрыл восторженный гул толпы встречающих и просто зевак, собравшихся поглазеть на прибытие в США гиганта “Гинденбурга”…

***
Кто знает, может быть, известное высказывание из “Карлсона, который живет на крыше” – “Он улетел, но обещал вернуться” применимо и к дирижаблям?